Чисто одесский язык

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Чисто одесский язык

«Под пушек гром, под звоны сабель от Зощенко родился Бабель», - ходила эпиграмма в северной столице 20-х годов. Ленинградцы видели в лаконичных и смешных рассказах Бабеля продолжение петербургской школы писательства и, конечно, они приписывали восходящей литературной звезде подражание самому знаменитому тогда ленинградскому прозаику. Между тем, большинство современных критиков считают И. Э. Бабеля не просто «самым одесским из всех писателей», но еще и человеком, который, «благодаря своим «Одесским рассказам», сделал город местом планетарного масштаба». Мнение это, правда, изобилует пафоспыми лозунгами, вроде: «Бабель - наше все», или: «Мы говорим Одесса -подразумеваем Бабель»... Но даже это не способно испортить удовольствие от прочтения ранних рассказов Исаака Эммануиловича и радость от так изящно устроенной им встречи с интересной, многоплановой, не похожей на все прошлые ее описания Одессой.

Большинство современных критиков считают И. Э. Бабеля не просто «самым одесским из всех писателей», а еще и человеком, который, «благодаря своим «Одесским рассказам», сделал город местом планетарного масштаба».

Исаак Бабель родился на Молдаванке. И хотя в младенчестве был перевезен родителями в Николаев, никуда деться от Одессы все равно уже не мог. Сюда он вернулся, чтобы посещать коммерческое училище, насыщенная программа которого казалась ему плевым делом после изнурительных домашних уроков: «По настоянию отца я изучал до шестнадцати лет еврейский язык, Библию, Талмуд. Дома жилось трудно, потому что с утра до ночи заставляли заниматься множеством наук. Отдыхал я в школе». За одесской типографией № 7 Бабель был закреплен как выпускающий редактор в первые годы советского строя. Здесь он заводил сомнительные знакомства, чтобы получше изучить теневой мир города. Бабель знал про Одессу так много и дружил с ней так близко, что свой хвалебный очерк Одессе мог начать с ироничного: «Одесса очень скверный город. Это всем известно. Вместо "большая разница" там говорят - "две большие разницы" и еще: "тудою и сюдою"». Дальше дело принимает другой оборот. Одесса описывается, как «город, в котором ясно жить»; литературный мессия, «которого ждут столь долго и столь бесплодно», и который, по утверждению автора, обязательно «придет оттуда - из солнечных степей, обтекаемых морем». Многие видят в этом тексте самовосхваление, другие - оду землякам, а некоторые и «злую иронию, призванную пристыдить непомерное хвастовство одесситов».

Жизнь Бабеля вообще, как ничья другая, обросла множеством домыслов и противоречивых трактовок.

Жизнь Бабеля вообще, как ничья другая, обросла множеством домыслов и противоречивых трактовок.

- Он работал в ЧК! Он призывал писателей учиться владению языком у Сталина и воспевал коллективизацию перед французскими журналистами! Он писал статьи, прославляющие показательные процессы против «врагов народа»! Он прилюдно сказал в 30-м: «Поверите ли, я теперь научился спокойно смотреть на то, как расстреливают людей»... - напирают одни.

- Он быстро разочаровался в революционной романтике, - спорят другие. - В дневнике его есть запись: «Почему у меня непроходящая тоска? Потому, что... я на большой, непрекращающейся панихиде».

Исаак Эммануилович Бабель

И даже уже будучи признанным советским писателем, уважаемым и публикуемым, тосковал в дневнике: «Очень трудно писать на темы, интересующие меня, очень трудно, если хочешь быть честным» и «Очень плохо живется: и душевно, и физически - не с чем показаться к хорошим людям». Его настоящие, честные повести были изъяты и уничтожены! Да и, в конце концов, его расстреляли за антикоммунистические настроения и липовое сотрудничество с французской разведкой...

Обе точки зрения подтверждаются фактами, обе - имеют право на жизнь и обе при этом ничуть не умаляют заслуг раннего творчества Исаака Эммануиловича. Оно, кстати, тоже постоянно вызывало пересуды. Например, рассказ «Щель», получивший высокие оценки собратьев по перу и описывающий подглядывающего за проститутками героя, вызвал огромный резонанс в обществе, и автора даже должны были судить как порнографа.

Спорными представлялись многим критикам также и «Одесские рассказы»: разве можно воспевать жизнь бандитов? Но существовало и другое мнение. «Я чувствовал, что это прекрасная литература, но не понимал, почему и как проза становится поэзией высокого класса,- пишет об «Одесских рассказах» Фазиль Искандер. - Я думаю, что Бабель понимал искусство как праздник жизни, а мудрая печаль, время от времени приоткрывающаяся на этом празднике, не только не портит его, но и придает ему духовную подлинность».

«Бабель украсил бойцов изнутри и, на мой взгляд, лучше, правдивее, чем Гоголь запорожцев», -говорит Максим Горький, заступаясь за «Конармию», грубо охаянную Буденным за «наглую клевету на бойцов». Юный Бабель сам воевал в Первой Конной армии и описал не общевоспеваемые ратные подвиги, а повседневную жизнь бойцов, со всеми ее неоднозначностями и спорными эпизодами. Буденному это очень не понравилось.

В общем, что ни вещь - то скандал, что ни шаг - то подозрения. Но слава каждого слова не умолкает по сей день. Если учесть при этом еще и провокационную личную жизнь

Исаака Эммануиловича (он украл свою жену из дома поставщика родного отца, отчего со всеми рассорился и начисто лишил себя и молодую жену материальной поддержки со стороны родственников), то перед нами возникает портрет воистину интригующий. Бабеля можно любить или нет, уважать или не слишком, но не признать в нем яркой фигуры - исторической, литературной, психологической - не получится ни у кого.

Хотя сам Бабель и говорил, что принять иудейство или стать одесситом можно ради одной только фаршированной рыбы, все же более распространенная ассоциация с Исааком Эммануиловичем - работа с языком. Рецепт напрашивается сам собой: нежный и почти воздушный «Язык говяжий по-одесски» .

Вам понадобится (на 8-10 порций):

Язык весом 2-2,5 кг

1 луковица

2 корешка сельдерея

2 зубчика чеснока

1 лавровый лист

Приготовление:

Чтобы мясо буквально таяло во рту, необходимо выбрать хороший язык. Кроме того, конечно, нужно обратить внимание на некоторые хитрости процесса варки. Итак, моем язык, помещаем его в кастрюлю и заливаем холодной водой. Доведя до кипения, делаем огонь совсем слабым и варим язык примерно полчаса. Затем сливаем бульон и заливаем язык свежей горячей водой. Добавляем лавровый лист, а также порезанные крупно лук, чеснок и сельдерей. Варим все на слабом огне примерно 3 часа. Затем сливаем бульон, кладем язык в холодную воду, очищаем его от шкурки, режем тонкими ломтиками и выкладываем на блюдо. Подавать можно как в холодном, так и в горячем виде, с хреном и зеленью.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.